Землянка средь камышей — «Кызылординские Вести»

Землянка средь камышей

14.05.2022

602 0

Амирбек Шаймагамбетов, полковник полиции в запасе, Почетный сотрудник МВД РК, Почетный ветеран органов внутренних дел РК. Член областного общественного Совета Кызылординской области, Почетный гражданин Жалагашского района. Обладатель второго места в республиканском конкурсе произведений детективного жанра имени Кемела Токаева, организованного ТОО «Заң» медиакорпорациясы» и Туркестанским областным судом.

А.Шаймагамбетов совместно с писателем Нурлыбеком Сафиным в честь 30-летия Независимости Республики Казахстан выпустил документальную книгу «Тәуелсіздік қырандары», повествующую о буднях кызылординской полиции. Публикуем один из рассказов.

Наскоро выехавший за полночь из райцентра Жалагаш автомобиль «УАЗ», на сколько это было возможно, быстро мчался по дороге, проходящей вдоль железнодорожной линии и ведущей к аулам имени Шаменова и Каракеткен. Видавший виды асфальт весь был в колдобинах и рытвинах, что водителю часто приходилось тормозить и изворачиваться, чтобы ненароком не опрокинуться или не попасть в яму. И все же таких сюрпризов вполне хватало, что старая машина всем корпусом трещала и скрипела каждый раз, когда попадала своими колесами в какое-нибудь углубление.

Все трое ехавших хранили глубокое молчание. Кажется, что они сердиты на то, что их среди ночи вытащили из теплой постели и заставили ехать в эту даль, да еще по такой несносной дороге. Хотя, кроме молодого сержанта Рахима Маханбетова, двоих других таким положением дел давно уже трудно удивить. Один из них первый заместитель начальника Жалагашского районного отдела внутренних дел по оперативным делам, подполковник полиции Барысбек Ахметов, а другой – начальник отделения уголовного розыска, майор полиции Шайзат Жунусов. Данная поездка была для них привычной, одной из многих в их многолетней службе в полиции.

По оперативным сводкам, полученным недавно от коллег из соседнего Кармакчинского района, Ахметову стало известно, что несколько молодых людей, в прошлом причастных к уголовным делам, связанным с наркотиками, в последнее время стали чаще навещать аул Далдабай. Тогда подполковник поручил майору Жунусову довести до участкового данного аула Бектая Саламатова полученные сведения. В ответ Саламатов подтвердил возникшие подозрения подполковника. Действительно, по сообщению местных жителей, с недавних пор в камышах, растущих у небольшого оросительного канала, поселился один из жителей Кармакчинского района. Говорят, что он вооружен охотничьим ружьем. Местных жителей, желавших косить камыш у этого канала, он не подпускает, угрожая расправой. «Мне кажется, что там он выращивает анашу», – заключил свой доклад Саламатов. Подозрения участкового нашел небезосновательными и сам начальник РОВД, подполковник полиции Жетпис Кошкаров, который поручил тщательно исследовать местность.

И вот среди ночи полицейский автомобиль мчал троих сослуживцев в эту даль.

* * *

В ауле Далдабай проживает около четырехсот человек. В соседнем Каракеткене – втрое больше. Асфальтированная дорога, следующая из Кармакчинского райцентра, проходит мимо Далдабая. Видимо, поэтому здесь чаще можно встретить жителей соседнего района, чем жалагашцев.

Вплоть до шестидесятых годов прошлого века здешние места были богаты всевозможными озерами и другими водоемами. В озерах с историческими названиями – Майколь, Киндикколь, Уйсынколь, Туйе кеткен и других – местные рыбаки постоянно брали солидный улов, что не могло не радовать их. Однако вскоре вода стала пропадать, и прежде богатые озера стали постепенно высыхать. Даже сами названия озер со временем начали забываться и уходить в Лету. Оросительные каналы и озера обезвожились и покрылись солончаком. Отсутствие воды сказалось и на жизни местного населения. Многие начали покидать родные края в поисках лучшей доли. Поползли слухи о том, что по тропам, проложенным на дне бывших озер и каналов, нынче кочуют скотокрады и конокрады двух соседних районов.

* * *

Старший лейтенант полиции Бектай Саламатов сел в автомобиль прибывших полицейских и вместе с ними поехал в степную местность, расположенную возле аула имени Шаменова. Легкая пыль мягко ударяет по колесам автомобиля, покрывая собой его корпус. Близился час рассвета. И тем не менее, на небе ярко светила луна, озаряя своими лучами проселочную дорогу и всю округу.

– Здесь параллельно друг другу расположены три оросительных канала, – поясняет участковый ситуацию. – Раньше в них была вода. Ну, а теперь, они полностью высохли. Но река недалеко и грунтовые воды близки, поэтому здесь густо растет камыш. Нам нужно добраться до среднего канала.

Автомобиль остановился на подъезде к густым камышовым зарослям. Чтобы раньше времени не вспугнуть подозреваемых, дальше решили идти пешком. Когда прошли первый канал, Саламатов рукой указал на густые заросли второго канала. «Там», – приглушенно шепнул он. И на самом деле участок, на который указывал Саламатов, выделялся обилием камыша, который, будто морские волны, плавно развевался и раскачивался на ветру.

– А где он спит?

– Наверное, там же, среди камышей, – предположил Жунусов.

– Как указывали местные жители, должно быть здесь, – сказал участковый, указывая рукой на те же заросли, выделявшиеся обилием растительности.

– Хорошо. Тогда ты, Шайзат, обходи справа, а я – слева. Нужно выяснить его месторасположение. А вы вдвоем остаетесь здесь и наблюдаете за местностью, – распорядился подполковник Ахметов, взглянув на участкового и сержанта. – Только тихо.

Слегка пригнувшись, подполковник спешно спустился в русло канала и исчез в зарослях камыша. Пройдя несколько десятков метров мимо поташников и сухих кустарников джингиля, дошел до противоположного берега канала. Очень глубоко. Да и своей крутизной порождает необъяснимый страх. Дальше прошел мимо камышей в человеческий рост. Их сухие ветки издавали сильный треск, что казалось, будто он может распространиться очень далеко в округе. Остановился и прислушался. До слуха доносится только лишь легкое шуршание молодых всходов камыша. «Может, это Шайзат? – мысленно предположил подполковник. – Но ведь он должен пройти по правой стороне». «Не хватало, тут нарваться на кабана», – вновь подумал Ахметов. Рука невольно потянулась к кобуре. Вдруг недалеко появился явный облик приближающегося человека. В его сумрачном силуэте было видно, что за спиной он несет ружье. Прохожий не заметил спрятавшегося в кустах подполковника и, пройдя метров двадцать по дамбе, резко скатился вниз, в русло высохшего канала.

Поняв, что в данной ситуации нужно быть крайне осторожным, после того, как загадочный вооруженный человек исчез из виду, Ахметов тихо вернулся обратно. Старший лейтенант Саламатов и сержант Маханбетов были там же, где их оставил подполковник. Они тоже заметили прохожего.

– Видите, вон то белесое место? – протянув руку вперед, обратился к Ахметову участковый инпектор. – Взгляните вон туда, на нижнюю часть кустарника. Он спустился именно туда. Кажется, у него там землянка.

– Не похож он на тех, кто косит сено. Охотник, чтоб его! – гневно промолвил Ахметов.

– А зачем ему ружье? – подал голос молчавший до этого сержант Маханбетов.

– Узнаем. Потом, – поочередно взглянув на подчиненных, сказал подполковник. – Рахим, ты скорее найди майора, а мы с Бектаем подойдем к «охотнику» сзади. Теперь он должен спать.

Саламатов последовал за Ахметовым. Они пошли не прямиком, а обходным путем, слева по берегу канала. И тут в их глаза бросилась вырытая в дамбе нора. Вход в нее был прикрыт веткой дерева, над которой проглядывался камышовый навес.

– Стой здесь и не двигайся, – тихо скомандовал подполковник, пристально глядя в глаза старшего лейтенанта, – а я подойду ближе и разведаю обстановку. Когда дам сигнал, быстро подходи. Понял?

– Понял, – ответил Саламатов.

Склонившись низко, Ахметов взобрался на дамбу, затем так же направился в сторону норы. Камышовый навес с каждым шагом виден яснее и яснее. Первые лучи солнца начали озарять округу. И вдруг послышался тяжелый топот человеческих ног, а вслед за этим со стороны норы раздался выстрел. И тут подполковник увидел, как майор Жунусов подбежал к большому дереву, растущему напротив входа в нору и спешно спрятался за его стволом.

Медлить было нельзя. Поняв это, подполковник Ахметов всей тяжестью своего тела бросился поверх навеса. Этот поступок оказался кстати. Так как подполковник упал прямо на прятавшегося в норе человека, направившего дуло ружья к выходу. Раздался очередной выстрел. Однако теперь ружье валялось на земле. Не дав опомниться обитателю землянки, Ахметов резко схватил его за шкирку и всей силой потянул к выходу и повалил на землю ниц. Не ожидавший такого нападения, стрелок даже не понял, что происходит. Выпученными от изумления глазами он смотрел то на подполковника, то на бегущего к ним майора. Стремясь не дать владельцу ружья опомниться, Жунусов резко взгромоздился на его спину и скрутил назад руки. Подбежавший вслед за этим старший лейтенант Саламатов вбежал в землянку и начал осматривать ее внутренность, а сержант Маханбетов стал оглядываться вокруг, чтобы ненароком кто-то другой не пришел на помощь стрелку.

 И тут только заметил подполковник, что подозреваемый был худощавый и совсем еще молодой человек. Одет он был в старые брюки и в видавшие виды куртку. Весь истощенный и обросший. Приподняв его с земли, майор Жунусов пару раз гневно встряхнул, приговаривая: «Я покажу тебе, как в людей стрелять!». А тот только и делал, что умоляющим взглядом смотрел на подполковника, будто искал в нем защиты.

– Ладно. Оставь его! – обратился к майору Ахметов. Затем посмотрел на задержанного и спросил: – Кроме тебя, есть еще кто?

– Нет. Я один, – тихо промолвил тот в ответ. Поднял глаза, в которых заблистали слезы.

– Дядя Барысбек, это Вы? – неожиданно раздался его жалобный голос.

Ахметов резко взглянул на него и с сомнением в голосе проговорил:

– Что-то мне твое лицо кажется знакомым. Ты не из Жусалы? Как тебя зовут?

– Шаттык. Шаттык Акимтаев.

– А-а, вспомнил. Я хорошо знал твоего отца. Хороший был человек покойник. А ты что здесь делаешь? Только и позоришь имя такого человека!

– Приходится выживать, – ответил плаксивым голосом юноша.

– Говорят, что ты выращиваешь коноплю? Это так?

Но в ответ парень только промолчал. В гла-
зах – отчаяние. Нервно покусывает потрескавшиеся на солнце и на ветру губы.

– Что молчишь? – вмешался в разговор майор Жунусов. – Я только что видел, что все дно канала усеяно коноплей.

– Это так? – устремил свой взор в парня подполковник. – Идем! Покажешь!

Первым двинулся с места майор, за ним сержант, который одним концом наручников был прикован к подозреваемому и вел его за собой. Цепочку замкнули старший лейтенант и подполковник. Когда все они прошли сквозь густые заросли камыша и достигли старой дамбы канала, то увидели на дне бывшего водоема чуть ли не бескрайние посевы конопли. Урожай выдался богатый. Кусты конопли высотой почти в человеческий рост мерно развевались на тихом ветру. Путники спустились метров три-четыре и оказались на самом дне оросительного канала. По всему было видно, что сажали коноплю по-хозяйски добротно, с размахом, местами разравняв для этого края дамбы. Повсеместно были видны специально вырытые колодцы. Ясно, что поливали посевы водой, которая скапливалась в этих колодцах.

– Все это не с руки одному человеку, – задумчиво произнес Ахметов, оценивая взглядом масштабы увиденной картины. Затем, повернувшись к Шаттыку, уверенно сказал, – кто-то же тебя надоумил делать все это! Кто он?

– Один кореец. Имени не знаю. Мое дело – вовремя поливать.

– Он приносит тебе еду?

– Да.

– Видно, что немало уже скосили. Куда все дел? – спросил подполковник парня, когда все вышли из канала.

– Кореец забрал.

– Сам приезжал?

– Да, сам.

– Корейцы, выращивающие коноплю, на сколько мне известно, так не поступают, – покачал головой Ахметов. – Не похоже это на них. Ты можешь быть привлечен в качестве подельника. Но я могу тебе помочь. Скажи, кто все это организовал?

– Я же сказал, кореец.

– Не верю. Ты что-то не договариваешь, – громче обычного проговорил подполковник и, обращаясь к сержанту, сказал, – отвези его в отделение. Пусть посидит в камере и хорошенько подумает. А сам потом возвращайся обратно!

* * *

Почувствовав, как от долгого сидения затекли ноги, Ахметов разложил камыш и с наслаждением лег на полученную лежанку. Глаза устремил ко входу в ту самую нору, в которой обитал Шаттык. «Должен же кто-нибудь явиться сюда, – думал он. – У парня даже хлеба не осталось… Говорит, городской кореец. Подполковник по своему опыту знает, что корейцы стараются лишний раз не показываться на глаза. Если нужно, они завезут продуктов, которого хватит до самой осени. В основном, консервы. А здесь от консервов нет никакого следа. Скорее всего, это кто-то из местных. Или из соседнего Кармакчинского района…».

После того, как сержант Маханбетов увез в райцентр подозреваемого, все трое расположились так, чтобы можно было легко и незаметно наблюдать за теми, кто явится в эту землянку. Кто-нибудь да явится с продуктами для товарища. Если не сегодня, то завтра или же послезавтра. А что, если они узнали, что мы изловили их подельника?! В таком случае не мы за ними, а они будут следить за нами. И больше здесь не покажутся. Если сегодня до вечера никто не покажется, надо поехать в райцентр и поднять все дела, связанные с наркотиками. Майор со старшим лейтенантом и сержантом могут сами вести наружное наблюдение.

Тут подполковник задумался о задержанном Шаттыке. Лет ему двадцать пять. По молодости сидел за воровство. Знает его с тех пор, как служил оперативником в Кармакчинском РОВД. Круг-лый сирота, рано остался без родителей. В таком деле, как выращивание конопли, такие, как Шаттык, одинокие люди, не имеющие поддержки, очень даже кстати. В случае чего, можно все свалить на него. Бедолага! Он думает, что его вины в этом нет. Посевы конопли в таких масштабах кроют за собой тяжелые последствия. Весь канал полон конопли. Почти на целый километр растянулись посевы. Сейчас таких становится много. В прошлом, тысяча девятьсот девяносто шестом году в руки правоохранительных органов попала группа людей, занимающаяся посевами конопли в степях Кумколя. Тогда приходилось видеть, как кусты конопли достигают трех метров высоты. Очень похожи на ели.

Захотелось спать. Да и есть хочется. Однако ж надо потерпеть.

* * *

У майора Жунусова, удобно расположившегося в густых зарослях камыша, в голове витали свои мысли. «Аллах не одобряет преступления, – думал он. – Поэтому преступник всегда боится наказания. Им овладевает страх. Пропадает спокойный сон. Ведь совершенное преступление съедает его изнутри».

Служить в милицию Шайзат Жунусов пришел совсем еще молодым парнем, в 1986 году. С тех пор прошло полных всяких приключений одиннадцать лет. Особенно не выходит из головы одна история, которая имела место в его родном ауле Аккыр. Немало людей тогда она всполошила. Было это в начале девяностых годов прошлого столетия. Один из жителей аула по имени Тураш вдруг возьми да и исчезни средь бела дня. Лет ему было около пятидесяти. Говорили, что в тот день он пошел в гости к одному из своих аулчан в качестве одного из сватов. А на утро его уже нигде не было. Как сквозь землю провалился. Хотя его отец был человеком набожным, сам Тураш нередко любил пригубить рюмку-другую.

В связи с его загадочным исчезновением по аулу поползли различные слухи. Одни говорили, что он встал на путь истины и решил совершить паломничество по святым местам. Ну, а некоторые шутники утверждали, что самолично видели, как Тураша забрали инопланетяне. Видимо, для того, чтобы исследовать его печень, которая выдерживает столько алкоголя. Три месяца о нем не было ни слуху, ни духу. Близкие Тураша уже потеряли последнюю надежду на его возвращение.

Однажды Жунусову позвонил его младший брат Амир, служивший тогда начальником городского ГАИ. По его словам, к их отцу, аксакалу Бердибеку, пришла одна старушка из их аула и сообщила, что не раз видела призрак Тураша у себя дома. «Можешь проверить, что за дух там гуляет?», – спросил Амир. Так и сделал. Старушка живет одна. Ее сын трудится водителем грузовика в военном гарнизоне Байконура. Перед исчезновением Тураша он приезжал в аул на своем «ЗиЛе», а на следующее утро уехал обратно и больше ни разу не показывался в родных краях. Жунусов поехал в Байконур. Узнав своего земляка, парень выбежал к нему навстречу и тут же разрыдался.

– Что случилось? Ты чего плачешь? – задал вопрос озадаченный таким поведением молодого человека офицер.

– Я, наверное, сойду с ума! Бессонница замучила! Стоит только прикрыть глаза, как передо мной появляется дядя Тураш, – сквозь слезы проговорил парень.

– Что ты знаешь о его исчезновении? Говори!

– Я его и не заметил, – не переставал плакать собеседник.

А случилось следующее. Когда парень приехал в аул, чтобы с утра пораньше быстрее выехать со двора, он решил поставить свой грузовик перед воротами. Для этого нужно было подать немного назад. Так и сделал. Как вдруг почувствовал, что машина наткнулась на что-то твердое. Сойдя из кабины, он спешно подошел к задней части автомобиля, как увидел, что под его колесами лежит кто-то. Мертвый. От увиденного водитель сильно растерялся и ничего путного не нашел, как тут же загрузить труп в кузов и увезти подальше от аула. По пути в Байконур он свалил труп в одно небольшое ущелье и прикрыл ветками деревьев.

Так бы никто и не узнал об этом преступлении, если бы не призрак Тураша, который не давал парню спать и даже появлялся в видениях его матери.

«И этот так же, – продолжал думать майор, – все равно признается. Нужны время и терпение. Любое преступление рано или поздно раскрывается».

Время за полдень. Тихий ветерок слегка шевелит камыш. Тишина.

* * *

Как только солнце стало клониться к горизонту, раздался хриплый треск приближающегося мотоцикла. Вскоре показался и сам транспорт с двумя взгромоздившимися на него людьми. Мотоциклист уверенно подвел мотоцикл к самому входу в землянку и затормозил. Хорошо, что полицейские загодя привели в порядок разрушенный камышовый навес! Ни о чем не подозревая, путники сошли с мотоцикла и по-очереди вошли в нору. Тут же подав сигнал к действию майору Жунусову, подполковник Ахметов спрыгнул с дамбы на навес. С противоположной стороны уже спешили участковый Саламатов и сержант Маханбетов, который к тому времени уже успел вернуться из райцентра после того, как отвез туда задержанного парня. Не обнаружив в землянке никого, двое прибывших решили выйти наружу, но у входа растерявшихся от неожиданности их ждали четверо полицейских.

– Привет! Как дела? – с широкой улыбкой на лице приветствовал «гостей» подполковник Ахметов.

В ответ – молчание.

– Мы хотели покосить здесь сена, – указывая подбородком на канал, сказал майор Жунусов. – Но, видно, кто-то уже оставил свою метку.

– Сено… – взглянул в указанную майором сторону седовласый мужчина. – А-а! Сено! Конечно, можете косить. Мы не возражаем.

Сказав это, «седой» сделал шаг в сторону своего мотоцикла. Но Ахметов преградил ему путь.

– Ты же седой Каирбек? – спросил он.

Услышав свое имя, мужчина резко обернулся и взглянул на подполковника.

– А-а, это ты?! Свой братишка. Не узнал. Ты же Барысбек, – протянул седой обе руки к Ахметову.

В ответ тот привычными действиями вывернул руку седого за его спину и надел на него наручники.

– Вижу, не забыл меня! – промолвил Ахметов.

Не ожидав такого поворота событий, седой Каирбек выпучил глаза и уставился ими в собеседника.

– Как же можно забыть?! Тебя же в Кармакчи все знают. О-о, Баке, что это?! Что мы сделали? Может договоримся? Ведь мы же из одного аула. Родственники почти.

В это же время майор и старший лейтенант успели скрутить руки товарища седого.

– Что поделать? Служба у нас такая, – степенно проговорил Ахметов, проверяя надежно ли надеты наручники на руки Каирбека. – Сейчас поедем в РОВД. Там и поговорим.

* * *

– С какой целью вы приехали в Далдабай? – задал вопрос Ахметов сидящему напротив него в допросной Каирбеку.

– Может, все же договоримся? Я надеялся на тебя.

– Чтобы договориться, нужно рассказать, как все было.

– Скажу… только спаси меня! Мне бы выйти отсюда…

– Ты, конечно, старше меня на шесть лет. Поэтому из уважения к возрасту я даю тебе возможность признаться чистосердечно. Кому привезли продукты питания? Шаттыку? Он уже находится там, где ему положено. Мы его поймали у канала. Можешь о нем больше не беспокоиться. Видели и то, что находится на дне канала. Лучше расскажи, кто тебя послал? Может, я его знаю.

Помолчав немного, седой Каирбек нервно затрясся и выкрикнул:

– Знаешь. Бектибай.Тот самый Бектибай. Мой одноклассник.

– Значит, это он организовал посевы?

– Он, – уже тише сказал подозреваемый, склонив голову. – Наша задача: поди туда, принеси это.

– Кто еще в этом замешан? Говори!

– О Шаттыке сам знаешь. Парень, который был со мной. Аскер… младший брат Бектибая. Был еще Туктибай. Но он…

– Что но? Слушаю.

– Где-то около месяца прошло, как Туктибай пропал. Он был вместе с Шаттыком.

– И вы впятером выращивали коноплю? Или еще кто есть?

– Да, пятером сажали. Потом Шаттык и Туктибай остались сторожить и поливать. И… он пропал. Шаттык говорил, что Туктибай уехал в Кызылорду. Не знаю, что дальше было.

– Ясно. Вижу, что признаешь свою вину.

– Признаю, конечно. Мы же только пешки. Учти это! Хорошо?

* * *

Когда его вывели наружу, яркий солнечный свет резко ударил по глазам, которые всю ночь не знали света. Было неясно, какое сейчас время суток. От слабости дрожали руки и подкашивались ноги, что при очередном шаге он чуть не упал на землю. Ко всему прочему сильно сосало под ложечкой – сказывался регулярный полуголодный образ жизни. Но больше всего свербило внутри от мыслей о своем будущем, которое, как становится известно, не сулит ничего хорошего.

Его вывели на задний двор. Перед ним стоял голубой «УАЗ» с синими полосками по бокам. Сержант, который привел его сюда, молча, одним движением подбородка указал на открытую дверцу автомобиля. Подняв костлявую ногу, он с трудом взобрался внутрь машины. Захлопнулась дверца, и сразу же воцарилась нестерпимая духота. Поняв, что теперь все, что происходит за решетками этой железной будки, не имеет к нему никакого отношения, он сильно затосковал, по спине пробежал неприятный холодок.

Возле него остановился еще один «УАЗ». Также в него ввели двоих в наручниках. В них он узнал седого Каирбека и Аскера. Вслед за ними привели еще одного. Это был Бектибай. Всех поймали! От этой мысли на душе родилось слабое утешение. Некоторое подобие улыбки скривило уголки рта. Говоря откровенно, он боялся, что Бектибай и его родичи всю ответственность взвалят на него, а сами выпутаются. Ведь кто он? Обычная сирота, за которого никто не заступится.

Автомобиль резко сдвинулся с места. «Куда везут? Какая теперь разница: куда?! Тюрьмой его не испугать. Видал. То, что все может обернуться таким образом, он вполне мог допустить еще тогда, когда весенним днем согласился на предложение Бектибая. Сам Бектибай был четырежды осужден. Это будет пятая ходка. Если бы в тюрьме умирали, то он бы сгнил там давно! Тем не менее, жаль! Надо было днем раньше уйти. Ищи тогда ветра в поле!», – с сожалением думал Шаттык.

Когда автомобиль выехал за пределы поселка, началась проселочная дорога. Сухие ветки джингиля все чаще стали задевать окна машины. За нею густой пеленой поднимается серая пыль. Стоило транспорту свернуть налево, как автомобиль стало сильно раскачивать, будто лодку по бескрайним просторам бурного моря.

* * *

Каждый раз, когда он думал о том, что беспечная и с виду спокойная жизнь вдруг в одночасье может обернуться в настоящий кошмар, которого вовсе не ждешь, на душе становилось тягостно и муторно. И этот кошмар наступил сегодня. Ранним утром в дверь постучались. Это был подполковник Ахметов в сопровождении двоих полицейских из райцентра.

– Вы Бектибай? Пройдемте с нами в отделение, – сухо промолвил подполковник.

– А что случилось? – спросил он, в свою очередь, стараясь ничем не выдавать волнения.

– Там разберемся, – был ответ.

И тут же один из полицейских надел на его руки наручники. «А что там разбираться?! Неужели все напрасно? Ведь на те земли давно не ступала нога человека. В прошлом году попробовал посадить немного конопли. Все обошлось удачно. В этом году решил поймать удачу за хвост. Пятьдесят три тысячи кустов! Даже половина их дала бы колоссальную прибыль. Нынче на черном рынке кило такого зелья тянет на пятьсот долларов! Неужели все пропало?!».

По дороге надеялся на то, что его повезут в Кармакчинское РОВД, но нет. Отправились прямиком в Жалагаш. Последняя капля надежды утекла сквозь пальцы, оставив за собой чувство горького разочарования. С Ахметовым не договоришься. Вот уже два года прошло с тех пор, как он перевелся в Жалагашское РОВД. Как сильно радовалась местная шпана, когда Ахметов перевелся туда! И все же. Авось, изменился? Может, договоримся? Все же земляки. Однако нет! Если буду намекать на это, то станет ясно, что признаю свою вину. Не стоит паниковать раньше времени. Те трое явно указали на меня. Ну, и пусть! Скажу, что клевещут. Попробуй, докажи!

Спустя некоторое время его доставили в изолятор. И вот теперь вывезли в степь.

* * *

Десяток автомобилей караваном приблизился к месту, где расположена землянка Шаттыка. Первыми из машин вышли начальник Жалагашского районного отдела внутренних дел, полковник Жетпис Кошкаров, его первый заместитель по оперативным делам, подполковник Барысбек Ахметов, начальник отделения уголовного розыска, майор Шайзат Жунусов и прокурор района Бексултан Аралбаев. Вслед за ними прибыли следователь Онталап Маханбетов, несколько оперативников и эксперт-криминалист с видеокамерой на плече. В таких случаях, когда есть подозрение на особую тяжесть преступления, присутствие свидетелей и достаточного количества оперативных работников крайне важно. Чем больше оперативников, тем больше версий будет выдвинуто и обсуждено. К тому же в таких ситуациях есть вероятность раскрытия старых доселе нераскрытых преступлений.

Все четверо задержанных были приведены ко входу в землянку. Вызывающе, будто уверен в том, что он ни в чем не виноват, Бектибай стоял с гордо поднятой головой и выпяченной вперед грудью. Шаттык нервно оглядывался и глядел на всех загнанным волком. Седой Каирбек и Аскер стояли, понурив головы. Ахметову хорошо известно такое поведение этой двойки. Ранее они не были судимы, поэтому их обуял дикий первобытный страх перед неизведанным.

– Говорят, что вы организовали посевы конопли? Как все это было? – обратился Ахметов к Бектибаю.

– Ничего я не организовывал. Никого не заставлял сажать! – вскрикнул тот, отпрянув всем телом от подполковника.

– Но они утверждают обратное.

– Врут! – прорычал Бектибай. – Раньше, признаюсь, курил анашу. И за это сидел. Кто-то их научил, чтобы они, если что, показали на меня. Мол, Бектибай судим, поэтому поверят. Сейчас я вообще не связываюсь с наркотиками.

– Каирбек, что ты скажешь? Зачем вы с Аскером приезжали в Далдабай?

– Привезли Шаттыку рожки, масло, разные продукты.

– Кто вас послал?

– Но ведь Шаттыку нужны продукты. Голодный же…

– Я спрашиваю, кто послал?

– Ну…

– Вчера ты сказал, что вас отправил Бектибай.

– Когда это я тебя отправлял?! – всем телом рванулся вперед Бектибай, гневно глядя на Каирбека.

– Беке, ты что? – вмешался в разговор Шаттык. – Кто же еще отправил? Если отвечать, так все будем отвечать. Ты же все организовал.

– Да, пошел ты! – вновь зарычал Бектибай. – Все вы сговорились, чтобы свалить все на меня. Кто-то вас научил этому! Кто?!

– А ты что скажешь, Аскер? Кто послал вас с едой?

– Брат Бектибай.

– Да, чтоб тебя?! – нервно засмеялся Бектибай. – Зря вы на меня все сваливаете. Зря!

– Кто принимал участие в посадке конопли? Говори ты, Шаттык!

– Всех нас привез Бектибай. Каирбека, Аскера и меня.

– Он верно говорит, Аскер?

– Верно. Еще был брат Туктибай.

– Кстати, у тебя же есть брат Туктибай, – обращаясь к Бектибаю, проговорил Ахметов.

– Вранье все это! Туктибай давно живет и работает в Кызылорде…

– Ты одноклассник Бектибая, – подполковник повернул голову в сторону седого Каирбека. – Скажи откровенно, так все было?

– Так. Сначала Туктибай был здесь, рядом с Шаттыком. Затем уехал в Кызылорду. Шаттык так сказал.

– Когда он уехал в город?

– Месяц назад, – буркнул Шаттык.

– Так. Значит, вы все сажали. Ну-ка, покажите свои посевы!

Шаттык и Каирбек пошли впереди всех. Остальные последовали за ними. Когда достигли места, Шаттык подробно рассказал, как все обрабатывали землю, как сажали, как копали колодцы. Каирбек и Аскер подтвердили все его слова. Только лишь Бектибай всем своим видом показывал, что лично он к этому не имеет никакого отношения.

Когда Шаттык завершил свой рассказ, Ахметов спросил его:

– Вчера ты утверждал, что скошенную коноплю забрал кореец, который и руководил тобой. Выходит, это был не кореец, а Бектибай?

– А что? Он говорил, что это был кореец?! – быстро отреагировал на эти слова Бектибай, едва услышал их из уст Ахметова. – Выходит, он сначала сказал правду. Когда это я забрал коноплю?

– Не знаю, – сухо ответил Шаттык. – Когда меня не было, кто-то скосил и забрал. Может, это ты и был!

– На дамбе есть свежевырытые места. Думаю, нужно там копнуть, – сказал майор Жунусов, как только возвратился с обхода местности.

– Пусть он и копает, – указал полковник Кошкаров на Шаттыка.

Нехотя воткнув штык лопаты в землю в том месте, куда указал майор, Шаттык стал медленно копать. Чуть погодя из-под земли показалась черная тряпка, по виду напоминавшая брюки. Их штанины были туго набиты чем-то мягким.

– Вот, – радостно воскликнул Бектибай, увидев находку. – Похоже на травку. А говорил, что это я забрал коноплю. Я же говорю вам, что я тут ни при чем!

– Знаю я тебя, – гневно закричал Шаттык, глядя в упор в глаза Бектибая. Лопата, которая все еще была в его руках, мелко тряслась. Дать ему волю, готов запустить эту лопату в Бектибая. – Моими руками все сделал, а теперь хочешь все свалить на меня!

– Довольно! – повысил голос подполковник, отдернув парня за рукав рубашки. – Куда еще закопал коноплю? Показывай!

Парню ничего не оставалось, как повиноваться и откапывать схроны, в которых загодя спрятал скошенную траву. «Урожай», как оказалось, он рассовал во что придется: в пакеты, в старую одежду. Вдруг в одной из таких ям показались различные кости, похожие на ребра и позвонки.

– Это что за кости? – удивленно воскликнул подполковник. – Каирбек, вы приносили сюда мясо?

– Какое мясо летом-то? – не менее удивленно ответил седой.

– Кажется, здесь развешивали мясо. Ветки промаслены. Выходит, ты здесь еще и скотину воровал?! – строго проговорил прокурор Бексултан Аралбаев.

Но Шаттык ничего не ответил. Тут же майор Жунусов дернул парня за рукав и повел за собой. Остановившись возле редких зарослей джингиля, он показал рукой на один бугорок с подозрительными багровыми пятнами и сказал:

– Теперь копай вот здесь!

Но парень стоял, как вкопанный. Только лишь крепче зажал в руке черенок лопаты, на который устало прислонился.

 – Что стоишь? Копай!

– Здесь травы нет, – сухо ответил Шаттык. – Трава в другом месте.

– Все равно копай!

– Нет! Не буду копать! – резко оборвав майора, Шаттык злобно бросил лопату и всем телом отпрянул назад.

– Тогда копай ты, – взглянул майор на Каирбека.

Тот с готовностью подобрал лопату и подошел к указанному месту.

– Не копай! – необычным голосом зарычал Шаттык. – Нельзя копать! Там лежит Туктибай! Туктибай!

Но Каирбек не стал слушать его и с некоторым остервенением стал копать землю. Спустя время из-под толщи земли показался край грязной черно-синей дорожки. Когда Каирбек стал разворачивать ее, всю округу заполнил неприятный трупный запах. Затем показались человеческий череп, а также пары отрезанных пяток и ладоней. Все, кто стал невольным свидетелем такой картины, в ужасе застыли в немом молчании.

– Кто его убил? – нарушил создавшуюся тишину Ахметов.

– Он сам виноват! – сквозь слезы заговорил Шаттык. – Пожарит листья конопли и ест. Потом пристает ко мне… скручивает мне руки и приставляет нож к животу… говорит: «Убью!». Мне все это надоело и тоже съел «сюзьмы». Помню, как заряжал ружье. Когда очнулся, то увидел его мертвого.

– А где другие останки?

 Услышав этот вопрос, парень

дико оглянулся вокруг себя. При этом его глаза налились кровью и напомнили глаза загнанного хищника. Его зубы впились в сухие потрескавшиеся губы. На всех, кто был в это время вокруг него, парень смотрел, как на смертельных врагов, от которых нужно избавляться.

– Съел! – с присвистом ответил Шаттык. – Зажарил и съел. Что еще сказать?! А-а?! Что вам еще от меня нужно?!

– Это не Туктибай. Туктибай находится в Кызылорде, – все еще не придавая значения словам Шаттыка, спокойно промолвил Бектибай.

– А ты не думай, что легко избавишься! – сверкнув глазами, закричал Шаттык на Бектибая. – Из-за тебя я четыре месяца голодал. Это ты заставил меня есть твоего брата. Вон лежат его кости. Полюбуйся!

– Да, как ты мог так поступить?! Зверь! Изверг! – хотел наброситься на парня Каирбек, но его удержал находившийся рядом сержант.

– А ты чем лучше?! – показал ему в ответ свой звериный оскал Шаттык. – Ты тоже ел его! Помнишь то жареное мясо? Которым я вас угощал в прошлый раз? И Аскер тоже ел. Да еще с таким удовольствием.

Шаттык продолжал скалиться.

– Аскер! Ты что молчишь? Скажи! Как ты сказал тогда? Немного пересолил, да?

– И как ты мог есть человеческое мясо? Противно не было? – раздался чей-то голос в толпе.

– Если бы был на моем месте, и ты ел бы! – не задумываясь ответил на это Шаттык. – Если бы три месяца жил без мяса, посмотрел бы на тебя!

В это время невдалеке от канала показался одинокий всадник. Все дружно повернули головы в его сторону. На нем был тонкий чапан и черный войлочный колпак, на ногах – кирзовые сапоги. Приблизившись к стоящим возле канала людям, всадник спешился и, взяв коня под уздцы, медленно, но уверенно стал приближаться к ним. К нему навстречу вышли двое сержантов и преградили дорогу. Видимо, всадник сказал что-то важное, так как один из сержантов тут же побежал в сторону офицеров.

– Этот человек из аула Кызылтам, искал своих лошадей. Говорит, что нашел привязанными среди камышей. Увидев полицейскую машину, решил подойти.

Тут Ахметов вспомнил, как его коллега из Кармакчи, начальник отделения уголовного розыска Марат Есилов, говорил ему по телефону что-то об участившихся случаях кражи лошадей. Подойдя к всаднику, подполковник обратился к нему:

– Приведите сюда своих лошадей!

«Кто знает, может, он тоже один из них?», – с сомнением взглянул на прибывшего мужчину Ахметов.

– Сержант, – обратился подполковник к стоящему в отдалении сержанту, – иди вместе с этим человеком.

Когда сержант и всадник ушли, Ахметов вновь повернулся к Шаттыку.

– Кажется, раскрылось еще одно твое преступление, – сказал размеренным тоном подполковник. – Ты еще и лошадей украл.

Повернув голову в ту сторону, где скрылись всадник и полицейский, Шаттык безучастно промолвил:

– К лошадям не имею никакого отношения.

– Об этом сейчас узнаем.

Вскоре всадник и сержант вернулись обратно. Всадник держал на поводу двух коней – вороного и сивого со звездой на лбу. Вороной был оседлан, а на спине сивого был привязан набитый чем-то мешок.

– Это моя лошадь! – уверенно промолвил всадник, указывая на вороного. – Три дня, как увели с привязи. Седло и сбруя тоже мои. А вот мешок не припомню.

Когда один из полицейских вывалил содержимое мешка на землю, то перед взором присутствующих показались старая одежда, пятилитровая баклашка с водой, посуда, пакет с хлебом. А под всем этим в мешок была набита сухая конопля.

– А я-то думаю, зачем траву закапывали? – задумчиво покачал головой майор Жунусов. – Выходит, готовились бежать.

Взглянув на Каирбека, подполковник Ахметов спросил:

– Чьи это? Говори только правду!

– Эй, да это же твое, – в свою очередь, посмотрел седой на Шаттыка.

– И куда же ты собрался ехать на двух лошадях? Отвечай! – уперся взглядом подполковник в понурившего голову парня.

Но тот молчал. Только с некоторым отчаянием оглядел всех присутствующих.

– Мог бы и не говорить, – спустя мгновение раздался дрожащий голос Шаттыка. Его глаза заблестели от внезапно набежавших слез. – Но тяжко хранить все внутри себя. Этот Бектибай пользуется тем, что я сирота, что некому за меня заступиться. Да, я сирота! Остался без родителей в три года. Что хорошего я видел в этой жизни?! Ничего! Эти обещали, что заработаю деньги на квартиру. И я поверил им. Оказалось, что они задумали вовсе другое.

Парень вытер тыльной стороной ладони слезы на глазах и продолжил:

– Однажды, наевшись «сюзьмы», Туктибай проговорился. Сказал: «Когда соберем коноплю, мы от тебя избавимся». И я решил исчезнуть раньше, чем меня убьют. Хотел уехать в сторону Тамды…

После этих слов он не смог удержаться и в голос зарыдал, вытирая слезы рукавом рубашки.

– Опоздал! Все! Все кончилось! Теперь мне не жить! – приговаривал Шаттык, упав на колени перед собравшимися вокруг него полицейскими. – Прошу вас, дяденьки! Я не хочу в тюрьму! Меня обманули!

К нему подошел подполковник Ахметов и, взяв под руки, помог встать на ноги.

– Прекрати плакать! Ты же мужчина!

Подведя к задней дверце полицейского автомобиля, Ахметов открыл ее и спокойным голосом сказал:

– Запомни, парень, никогда не поздно начать жизнь заново. Нужно уметь отвечать за свои поступки. Садись вот сюда!

Посмотрев на него, Шаттык всхлипнул и, молча, прошел внутрь зарешеченного автомобиля.

Когда машина, наконец, тронулась с места, перед его глазами заиграли всполохи пламени, которые с треском и жадно пожирали шалаш возле землянки, которая на протяжении четырех месяцев служила парню обителью.

Читайте также: