Как известно, в этом году в нашей стране была утверждена Концепция «Дети Казахстана», рассчитанная на 2026-2030 годы. Она охватывает четыре основных направления, включая права детей в сфере безопасности, социальной защиты, здоровья, образования. Основная цель – повышение последовательности и эффективности мер по защите прав детей.
По словам руководителя отдела социальной защиты детей и подростков областного управления образования Шолпан Жунисовой, реализация Концепции должна помочь сформировать целостную и устойчивую систему защиты прав и благополучия подрастающего поколения.
– Этот единый стратегический документ государственной политики в сфере детства позволит обеспечить равный доступ к социальным и образовательным услугам, создать безопасную среду для развития каждого ребенка и снизить долгосрочные социальные риски, – отметила Ш. Жунисова.
– Концепция охватывает каждого ребенка страны и объединяет ключевые государственные меры в единую управляемую систему. Она формирует новую архитектуру защиты детства на основе межведомственной ответственности и единых подходов по всей стране.
Согласно Концепции, с первого февраля введен особый порядок контроля и надзора за организациями образования по принципу внезапности. Меры касаются вопросов безопасности детей, их оздоровления и питания.
Для повышения уровня защиты прав детей введен новый норматив штатной численности специалистов органов опеки – не менее одного на пять тысяч ребят. Это позволило увеличить их количество более чем в три раза по всей стране. На сегодня в пяти регионах республики уже созданы управления по защите прав детей.
С первого июля прошлого года введена новая форма семейного устройства – приемная профессиональная семья. На эти цели предусмотрено финансирование.
– В нашей области пока нет профессиональной семьи, но работа в этом направлении ведется, – продолжает Ш.Жунисова. – У нас есть патронатные и гостевые семьи, практикуются опека и попечительство. В профессиональных семьях оплачивают услуги воспитателей, также они могут продолжать трудиться на своей работе. Эти семьи по своим функциям больше напоминают центр адаптации несовершеннолетних. Туда ребенка могут доставить в любое время суток, и воспитатели не имеют права отказаться. При этом у него может и не быть статуса оставшегося без опеки и попечительства.
К примеру, полицейские нашли ребенка и непонятно, есть ли у него законные опекуны. Кроме того, у него могут быть конфликты с родителями, поэтому он не хочет оставаться дома и постоянно сбегает. Ребенка могут определить в профессиональную семью на полгода, что дает ему возможность не попасть в учреждение для детей с девиантным поведением. За это время либо удастся решить конфликт с семьей, и ребенок вернется домой, либо родителей лишат родительских прав.
– Это очень удобно, что в таких сложных обстоятельствах ребенок находится в домашних условиях у воспитателей, – считает специалист. – В этот период ему помогут адаптироваться в сложившейся ситуации, а также найти другую семью. При желании он может остаться в профессиональной семье, в которой одновременно могут воспитываться не более четырех детей.
С заботой о каждом ребенке
По словам руководителя отдела, в последние годы существенно изменился подход к инклюзивному образованию. Сейчас в школах обучаются ребята с синдромом Дауна, легкой и умеренной умственной отсталостью, расстройствами аутистического спектра. В области проживают 9084 детей с особыми потребностями, из них 4700 обучаются в школах.
– У нас такая практика, что максимальное число детей должно быть охвачено инклюзивным образованием, – поясняет Ш.Жунисова. – В нашей области, по сравнению с другими регионами, очень много специальных педагогов. Предварительно представители здравоохранения определяют, сможет ли ребенок учиться в школе. Сейчас у ребят с нарушениями функций опорно-двигательного аппарата есть специальные помощники, которые помогают им перемещаться по школе, посещать санузлы.
В школах региона создана безбарьерная среда, предусмотрены специальные учебники, работают кабинеты поддержки инклюзии, есть учителя, которые проходят обучение по инклюзивному образованию и курсы повышения квалификации. Есть также педагоги-ассистенты, которые помогают детям с особыми потребностями выполнять задания. Но система инклюзивного образования постоянно меняется, поскольку в процессе выявляются новые потребности ребят для полноценного обучения, и специалисты стараются создать для них максимально комфортные условия.
Сегодня в области насчитывается 686 детей-сирот и оставшихся без попечения родителей, и только 70 из них воспитываются в интернатных организациях. Все остальные живут в семьях. Также высок процент их дальнейшего трудоустройства и обеспечения жильем.
Нужно отдать должное руководству нашей области. В регионе активными темпами ведется жилищное строительство, и большое количество квартир выделяется людям из социально уязвимых категорий, в числе которых есть дети, оставшиеся без попечения родителей.
По мнению Ш.Жунисовой, одним из самых полезных нововведений стало внедрение в школьных столовых программы «Социальный кошелек», поскольку с ее помощью стало ясно, все ли дети из социально уязвимых семей получают бесплатное горячее питание. Помимо этого, родители могут оставлять свое мнение о качестве пищи, меню, вносить свои предложения, и эта информация находится в общем доступе.
Важно предотвратить беду
В области большое внимание уделяется превенции суицида среди детей и подростков.
– Процесс контроля за психологическим состоянием детей довольно сложен, – отметила моя собеседница. – Нами создана специальная база, в которой числится около 98 тысяч школьников, по разным причинам требующих особого внимания. Мы разделили их на 17 категорий. Это не официальная регистрация, просто к этим детям относятся более внимательно. Завуч по воспитательной работе, социальный педагог, психолог и классный руководитель дают социальную и психологическую характеристику школьнику, определяют период наблюдения, составляют индивидуальный план деятельности.
Среди этих ребят есть те, чьи родители уехали на заработки в другие регионы или страны, а их оставили на попечение родственникам. В таких ситуациях представители сферы образования тесно сотрудничают с органами опеки и попечительства, поскольку зачастую именно в подобных семьях дети совершают самоубийства, подвергаются домашнему насилию.
Также в эту базу включены дети из неблагополучных и неполных семей. Если усилиями школы исправить ситуацию не удается, то дальше к делу подключают центры поддержки семьи, которые функционируют в каж-дом районе.
– Конечно, за последние годы такой работы в школах заметно прибавилось, но и контроля стало больше, – подчеркнула Ш.Жунисова. – Каждую неделю мы анализируем работу, которая ведется с детьми из зоны риска. Для этого у нас есть центр психологической поддержки, в котором работают специальные кураторы.
Большая ответственность лежит на школьных психологах, поскольку от их профессиональной компетенции во многом зависит своевременная помощь ребенку. Они выполняют большую работу. На попечении школьного психолога находятся сотни школьников с первого по одиннадцатый классы. Среди них периодически проводятся анкетирования, результаты которых нужно обрабатывать вручную. Вместе с тем некоторые случаи суицида среди школьников, произошедшие в прошлом году, можно было предотвратить, если бы родители и психологи своевременно заметили изменения в их поведении.
– Считаю, что помощь психологам должны оказывать и педагоги, – отметила опытный специалист. – Сейчас поднимается вопрос о том, чтобы школьные психологи регулярно проходили курсы повышения квалификации. Для улучшения их работы меняются методы психологической диагностики. Больше стало разных анкет, поскольку есть вероятность, что если ребенок не упомянул что-то в одном опросном листе, то может его отметить в другом. Насколько это эффективно, судить рано, время покажет. В целом, необходимо определить максимальное число детей, которые приходятся на одного школьного психолога.
Анна РОМАНОВА